Гаурав Джайн
AgPulse Pte Ltd, Сингапур
Недавно мне выпала приятная возможность поделиться своими взглядами на мировой рынок зернобобовых на динамичном мероприятии в Дубае, организованном Украинской ассоциацией сои и бобовых. Как человек, который много лет глубоко работает в этой отрасли, я всегда с интересом обсуждаю повороты и изменения, формирующие спрос и предложение. На пороге 2026 года картина выглядит так: обильные урожаи, но сложный баланс — избыточное предложение в ключевых сегментах, политическая неопределенность и геополитические факторы, способные резко изменить ситуацию. Ниже — краткий обзор того, о чем я говорил, с фокусом на горох, чечевицу и нут.
Если начать с гороха, мы видим сбалансированное, но хрупкое глобальное предложение. Крупные производители, такие как Канада и Россия, готовятся к большим урожаям. Реалистичная оценка производства в Канаде на 2025/26 год составляет 3,95 млн тонн, однако при значительном переходящем остатке и вялом экспорте — из-за 100%-ной импортной пошлины Китая на канадский горох до конца февраля — поиск рынков сбыта может оказаться непростым. Россия, крупнейший поставщик гороха в Китай, прогнозирует производство на уровне 5,013 млн тонн, что потенциально может привести к очередному росту посевных площадей в 2026 году. Рекордный урожай Украины в 675 тыс. тонн впечатляет, но высокие цены сдерживают отгрузки. Позитивным исключением выступает ЕС-27: производство впервые за восемь лет превышает внутреннее потребление и достигает 2,396 млн тонн, что снижает зависимость от импорта.
Со стороны спроса Индия планирует импортировать 1,5 млн тонн в рамках действующей политики, открытой до марта 2026 года, тогда как Китай ориентируется на 2,15 млн тонн. В целом предложение немного превышает спрос — 6,816 млн тонн против 6,624 млн тонн, однако если Китай отменит пошлины на канадский горох или Индия продлит режим импорта, торговые потоки могут резко вырасти. Не стоит недооценивать и регион MENA, который импортирует около 400 тыс. тонн в год, при этом ОАЭ выступают важным хабом.
По чечевице картина выглядит более обременительной. Избыточное предложение — ключевая тема. Урожай Австралии на уровне 1,904 млн тонн ведет к очень крупному конечному остатку в 1,296 млн тонн. Канада с внушительным производством в 3,35 млн тонн доводит совокупное предложение до 3,949 млн тонн, однако экспорт, вероятно, будет ограничен примерно 1,85 млн тонн, оставляя 1,749 млн тонн в запасах. Казахстан становится новым сильным игроком, экспортируя 600 тыс. тонн, главным образом в Турцию. В глобальном масштабе предложение достигает 5,28 млн тонн против спроса в 5,363 млн тонн, при этом давление усиливается снижением потребностей Индии вследствие хорошего урожая голубиного гороха (pigeon pea). Импорт региона MENA держится около 1,25 млн тонн, а крупными игроками выступают ОАЭ и Ирак.
Нут демонстрирует схожую картину: предложение превышает спрос. Производство в России увеличивается до 998 тыс. тонн, что обеспечивает экспорт в объеме 780 тыс. тонн в Турцию и Пакистан. Рекордные урожаи в Северной Америке — 475 тыс. тонн в Канаде и 310 тыс. тонн в США — будут оказывать давление на рынок, приводя к росту переходящих запасов. Повторные рекордные урожаи в Аргентине добавляют 189 тыс. тонн, а расширение посевных площадей в Индии повышает производство до 687 тыс. тонн и усиливает ее долю в экспорте. Совокупное предложение — 2,04 млн тонн против спроса в 1,825 млн тонн. Регион MENA остается крупным потребителем, импортируя 660 тыс. тонн нута типа Kabuli, при этом Турция выступает важным центром переработки — хотя ее собственный урожай в 2025 году снизился.
В Турции сокращение урожая по зернобобовым сигнализирует о росте импорта, что может частично поглотить глобальный профицит. Точный анализ здесь критически важен; наши оценки AgPulse по гороху в ЕС оказались очень точными — на уровне 2,3–2,4 млн тонн, что позволило избежать ошибок с отклонениями до 30%, наблюдавшихся в других оценках.
Рынок зернобобовых в 2026 году будет во многом зависеть от корректировок политики и геополитики. Для мукомолов и трейдеров ключевым остается умение быстро адаптироваться: возможности есть, особенно в таких регионах, как MENA, но риски избыточного предложения могут усиливать ценовое давление. Посмотрим, как будут развиваться эти факторы.